Селиверстов А.С., г. Кострома

В годы Великой отечественной войны именно Север России был тем местом, где на практике осуществлялось взаимодействие союзников, где, делая общее дело, встречались представители стран Антигитлеровской коалиции. И это были не блестящие дипломаты на раутах и конференциях, это достаточно широкие массы простых людей, включавшие в себя офицеров и матросов боевых кораблей, моряков торгового флота, работников Мурманского и Архангельского портов и, наконец, просто жители городов Севера. Разумеется, между ними завязывались отношения, хотя порой довольно напряженные, ведь надо учитывать, что встречались представители двух разных систем, практически разных миров, к тому же и советская и западная пропаганда в предвоенный период не отличались дружелюбием по отношению друг к другу.

Но все идеологические барьеры были разрушены в годы войны стремлением к скорейшей победе над фашизмом, совместными боевыми действиями флотов при защите караванов, общим трудом моряков и портовых рабочих при разгрузке судов. Поэтому отношения, возникавшие в этот момент, были обусловлены с одной стороны желанием “помочь русским”, в одиночку ведущим борьбу почти со всей гитлеровской машиной, и благодарностью за эту помощь. А также стремлением вместе уничтожить ненавистного врага.

Для непосредственного решения проблем обеспечения караванов и организации взаимодействия ВМС союзников в СССР были направлены военно-морские миссии. В Москве работала группа контр – адмирала Д.А. Майлса. В ходе консультаций между Британским Адмиралтейством и наркомата ВМФ было принято разграничение операционных зон, решен вопрос о базировании британских кораблей в базах советского флота, общие опознавательные сигналы.

Военно-морские миссии союзников развертывались в базах Северного флота в Полярном и Архангельске. Старшим британским морским офицером на севере России был назначен контр – адмирал Р.Беван. В Архангельске миссию возглавлял кэптэн Монд, о котором очень тепло отзывался И.Д.Папанин (уполномоченный ГКО по перевозкам на севере). Главой американской миссии на севере был кэптэн С. Френкел. Численность миссии постоянно увеличивалась, и к ноябрю 1942 состояла из 171 человека, из них 105 человек - в Полярном, 24 - в Мурманске, 41 - в Ваенге.

Для работы с ними при штабе Северного флота был создан отдел офицеров связи, во главе которого стоял капитан 2-го ранга Н Ригерман. Одновременно у финуправления НКВМФ были затребованы ежемесячно 200 рублей на представительские расходы. В наркомате был создан отдел внешних коммуникаций во главе с капитаном 1-го ранга. В Зайцев

Между штабом Северного флота и британской миссией установилось четкое взаимопонимание. Англичане старались учитывать наши реальные возможности, а советское командование старалось выполнить их заявки в первую очередь. Для примера можно привести решение вопроса о базировании английских кораблей. Несмотря на нехватку причалов, для них была выделена лучшая стоянка, кроме того, они пользовались правом внеочередной заправки топливом. Вообще топливный вопрос стоял очень остро. При обеспечении конвоя РQ-7 адмирал Головко был вынужден отдать на корабли британского эскорта неприкосновенный топливный запас флота.

Не менее успешное взаимопонимание было достигнуто и в море. Для связи союзных кораблей использовался английский тактический свод сигналов “Мерсикс”. На флагман конвоя выделялась группа офицеров связи. Обычно это были: переводчик А.И.Письменный, радисты М.Кириллов и М.Евстегнеев, и сигнальщик М.Подосенков. Английские моряки восхищались действиями советских кораблей, особенно “семерок” (эсминцы проект 7), которые они относили к классу легких крейсеров.

24-25 ноября 1945 г. англо-советский отряд произвел набег на немецкие коммуникации. По возвращению в Полярное командир отряда контр-адмирал Барроу пригласил офицеров советских кораблей в гости. На вечере он сказал речь: “Я рад продолжить семейную традицию, еще один из моих предков действовал на Средиземном море вместе с фрегатами Ушакова. Я выражаю благодарность за точный и быстрый огонь и счастлив, иметь под своей командой таких офицеров и такие корабли”^.

Не менее дружеские отношения были установлены между моряками союзных транспортов и населением портовых городов. Впрочем, этому есть одно простое объяснение. Экипажи первых конвоев формировались из добровольцев, среди которых было много ветеранов интербригад, участников забастовок в поддержку СССР в 30-е годы, просто людей, желавших оказать помощь России в борьбе с нацизмом. Особенно много их было на американских судах. Не уступали им и английские моряки. В конце декабря 1941 года на конференции капитанов в PQ-7, ряд капитанов высказался за то, чтобы встретить Новый год в Исландии. Капитан транспорта “Эмпайр Говорд” Генри Доунвайн предложил отметить Новый год после победы. Новый год конвой встретил на пути в СССР..

Командование Северного флота постаралось обеспечить для союзников максимум комфорта. Для них были открыты интерклубы со штатом сотрудников, говорящих по-английски, в этих клубах был отменен сухой закон. Раненые получали помощь в советских госпиталях.

Кризис в борьбе на коммуникациях в 1942-1943 годах совпал с кризисом в отношениях с союзниками. Поводом стал скандал из-за виз. В начале войны Адмиралтейство само определяло численность миссии. К маю 1942 г. она составила 202 человека. Весной 1942 г. советское правительство решило навести порядок. Состав миссии было предложено сократить в 3 раза.

Кроме того, недовольство советского правительства вызвал интерес английской разведки к русскому Северу. Ее резидентом являлся заместитель начальника миссии командэр Дэвис. Согласно предупреждению контрразведки Северного флота, “в общении с англичанами следует быть особенно осторожным, чтобы не сказать лишнего о наших оборонительных сооружениях или навигационных особенностях, т.к. они не отстанут и для выяснения подробностей могут обратиться к командованию”.

Выяснилось, что британская радиоразведка не все полученные материалы передает в штаб СФ, несмотря на договоренность.

В это время ее начальник полковник Кронкшоу при встрече с советским командованием заявил: “Мы желаем работать на базе 100% доверия, открыв карты”.

Эту ситуацию осложнила гибель конвоя PQ-17 и задержка движения следующих конвоев. Советское командование пошло на ответные санкции: ужесточение визового режима, ограничение доступа на берег, контроль над которым получило НКВД. Разведотдел флота приступил к вербовке офицеров английской миссии. А каждый советский офицер, имевший встречу с союзниками, должен был сдать подробный рапорт в Особый отдел. Своего апогея кризис достиг в июле 1943 г. У.Черчилль приказал начать демонстративную подготовку к выводу миссии. Только личное вмешательство Сталина позволило урегулировать скандал. Но эти разногласия остались на уровне штаба флота и британской миссии. На нижних этажах сохранились дружественные отношения. Активно работал мурманский интерклуб, ставший местом отдыха сотен моряков. В Архангельске обстановка была сложнее: контакты с союзниками оказались под контролем НКВД и гражданских властей, ограничения были более жесткими. О чем свидетельствует рапорт Ю.Германа в политуправление Беломорской военной флотилии. Союзные офицеры жаловались: “Порядочные люди, и в особенности представители интеллигенции, с нами общаться боятся”. Впрочем, они сами, пожив в России, приходили к выводу, что “с союзниками из русских может встречаться либо самоубийца, либо тайный агент НКВД”. Большое раздражение вызывали проверки документов и проблемы с пропусками. 90% моряков, побывавших в Северных портах, вследствие -местных порядков, уезжает врагами советской власти и русского народа. Не удивительно, что союзные моряки называли Архангельск “городом – казармой”.

С декабря 1943 г. Адмиралтейство вновь приступило к проводке конвоев в СССР. Господство в Арктике прочно принадлежало союзникам. После восстановления движения конвоев большинство ограничений было снято. Как отмечает Д.Браун: “В последние 20 месяцев отношения были лучше, хотя никогда не были сердечными”. Но это официальные контакты, личные отношения после 1944 года почти прекращаются. За последними залпами Второй мировой уже слышны раскаты “холодной войны”.

Северные конвои - это одна из ярких страниц Великой Отечественной войны. Именно в полярных водах и на севере России осуществлялась взаимодействие союзных стран. Только на севере на практике осуществлялось взаимодействие вооруженных сил стран антигитлеровской коалиции. И это взаимодействие осуществляли не высшее руководство и дипломатический корпус, а широкие социальные группы: офицеры и матросы союзных флотов, работники портов и жители России.