Маин В.Н., г. Кострома

С первых дней Великой Отечественной войны пропагандистский фронт борьбы с немецко-фашистскими захватчиками стал, одним из стратегических направлений. Важнейшими факторами в противоборстве стали тогда:

• вероломство и цинизм фашистской агрессии,

• слабая концептуальная маневренность советского пропагандистского
  аппарата,

• пренебрежительное отношение к историческому опыту мобилизации
  духовных ресурсов освободительной борьбы.

Партийно-государственная командно-административная система в первые два месяца войны проявила себя неготовой к ведению полномасштабной идейно-пропагандистской войны. Растерянное общественное сознание, миллиона дезориентированных людей — такова цена ее просчетов в период массированного продвижения гитлеровцев к историческим центрам России.

К чести Верховного Главнокомандующего нужно отнести то, что он в кратчайшие сроки сумел развернуть и оперативно управлять пропагандистским фронтом в течение всей Великой Отечественной войны. Важнейшими направлениями его укрепления стали:

• мобилизация исторических традиций освободительной борьбы
  русского народа,
• личный морально-нравственный пример главы правительства всей
  своей деятельностью нацеленного на всенародное объединение и организацию
  отражения агрессии, на нанесение поражение захватчикам,
• последовательное наращивание интеллектуальных ресурсов
  духовного арсенала воюющего народа

Два стратегических направления были выдвинуты в качестве решающих по всему периметру пропагандистского фронта:

К обеспечению их в первую очередь были привлечены такие резервы, как партийные работники, в полной мере владеющие наступательным большевистским, пропагандистским искусством, и морально-нравственный авторитет отечественной интеллигенции, олицетворявший благородное дело служения отечеству. Характерным показателям этого процесса стало признание политработникам одного из наиболее опытных партийных лидеров страны, секретаря ЦК ВКП(б), начальника ГлавПУРККА А.С. Щербакова, когда он говорил, что “вопросы назначения, расстановки и подготовки кадров по времени, а стало быть и важности занимают не менее % моей работы”¹.

Примером деятельности в этом направлении может служить введение в штатное расписание редакции газет должности которая называлась лаконичной - “писатель”². Многие из представителей этой авторитетной у защитников родины профессии возглавили оперативные пропагандистские группы воинских частей и соединений. В Ленинграде эту работу по рекомендации партийных органов направляли Н.С. Тихонов и В.В. Вишневский³. На Воронежском и Сталинградском фронтах одним из координаторов пропагандисткой работы был Е.А. Долмотовский, на Центральном фронте - А.А. Фадеев. По прямому указанию ЦК ВКП(б) в действующую армию было направлено более 900 писателей и 600 художников⁴.

Наличие такого мощного пропагандистского ресурса позволило уже в первый период времени успешно противостоять военно-психологическому прессингу наступающих гитлеровских войск, в составе которых более % всего личного составляли воспитанники гитлерюгенд и члены НСДАП, и оперативно мобилизовывать морально-нравственные силы россиян на отпор врагу. Лучшее тому доказательство - публикация повестей, рассказов, очерков известных советских писателей на страницах газеты “Правда” в период оборонительных сражений под Сталинградом.

После того, как наши войска оставили Крым и тяжелые изнурительные бои развернулись в излучине Дона, в четырех августовских номерах главного печатного партийного органа публиковалась пьеса А.Е. Карнейчука “Фронт”, в которой последовательно обосновывалась необходимость отказа от устаревшей тактики проведения боевых операций и пропагандировалось новаторство в военном искусстве, умелая концентрация сил и ресурсов для перехода в контрнаступление⁵. Менее чем через месяц ленинградскими рассказами Н.С. Тихонова и поэмой “Василий Теркин. Книга про бойца” А.Т. Твардовского это издание раскрыло слагаемые нового воинского умения: доведение мужества и героизма до уровня искусства противостоять превосходящему врагу, изматывать его в оборонительных сражениях с целью нанесения решающего удара⁶.

Особая ставка делалась на народную смекалку бойцов, личный авторитет у них командиров, фронтовое братство и взаимовыручку тех кто защищал родной дом, столицу и тем самым вырастал от защитника Родины до освободителя Европы

Всенародное единство как главный духовный арсенал грядущей Победы убедительно показал за две недели до перехода Красной Армии в решающее контрнаступление под Сталинградом М.А. Шолохов своей публикацией первых глав романа “Они сражались за Родину”⁸. Затем их печатание продолжалось в период коренного перелома в войне - в 1943-1944 гг.

Эта духовно-нравственная работа интеллигенции была высоко оценена советским командованием. В конце 1942 г. - начале 1943г. те ее представители, кто вел регулярную пропагандистскую работу в войсках, одели офицерские погоны, приобрели новый статус: вместо комиссаров они стали заместителями командиров по политической работе, персонально отвечали за воспитание воинских коллективов.

Высокий гражданский авторитет отечественной интеллигенции, ее творческий талант, стали истоками активной военно-шефской работы. Писательские, театральные бригады, пропагандистские группы ученых неизменно посылались по требованию командования фронтов в воинские части накануне всех готовящихся наступательных операций. Так Маршал Советского Союза Г.К. Жуков 13 декабря 1944 года направил на имя Председателя комитета по делам искусств при СНК СССР М.Б. Храпченко письмо с просьбой командировать на Первый белорусский фронт заслуженную артистку РСФСР Л. А. Русланову для проведения концертов в частях фронта который готовился к Берлинской наступательной операции.

В окопах и блиндажах, на военных аэродромах и в маршевых танковых колоннах накануне решающих сражений испытанным духовным оружием становился образ родины, чувство любви к ней к родным и близким. Л.А. Русланова, вспоминая о своих поездках на фронт, писала: “Взволнованная вошла первый раз на эстраду - грузовик.... С жадным вниманием разглядывала я бойцов, плотным кольцом окружавших машину. Издалека доносился безостановочный гул артиллерийской канонады - звуки рождающие острые ощущения: я нахожусь на фронте, я выступаю на передовых позициях.

И может быть, именно это и вселило в меня бодрость и уверенность... Я пела охваченная творческим подъемом, о котором так трудно рассказывать, но который хорошо знают люди искусства.

В неожиданно наступившей тишине послышались шаги. Подошел боец ловко вскочил на грузовик. От лица своих товарищей он крепко пожал мне руку и сказал:

- Спасибо тебе русская женщина за песни, которые зовут нас в бой. Наши песни такие же могучие и сильные, как и душа русского человека.... Послушали мы их, как будто дома побывали. Так переполнено сердце, что хоть гору сдвигай⁹.

Выезжая на фронт, концертные бригады и научные коллективы, солисты, лекторы связывали воедино фронт и тыл, линию фронта и родной дом, любящие друг друга сердца. Неслучайно поэтому, что на фронт и с фронта шефские коллективы везли письма от родных и близких, сослуживцев, земляков, передавали подарки, которые имели более знаковый смысл, чем вещественно-материальный: кисеты, вышитые платки, носки, шарфы...

Важен еще один контекст военно-шефской работы: бойцы и командиры просили приезжающих с тыла увидеть их, рассмотреть их, написать об их ратном труде, о боевом пути, боевых эпизодах их воинских частей. Им важно быть понятыми как людям, осознавшим нечто большее в жизни через смертельное напряжение войны. Фронт вооружал страну в свою очередь надеждой на грядущую победу, на другие более лучшие отношения между людьми. Неслучайно, что в перерывах между боями пели, рисовали, раскрывали в искусстве и самодеятельности свою душу. На плечи отечественной интеллигенции ложилась в этих условиях ответственная задача -показать стране в облике фронтовика нового человека, который придет с фронта более сильным, добрым и более взыскательным к себе и другим.

В период коренного перелома в Великой Отечественной войне военно-шефская работа провела четкий организованный характер. Уже к концу 1942 г. появилась возможность ежемесячно направлять на фронт до ста концертных и артистических бригад , не менее пяти делегаций ученых . В 1943 г. шесть тысяч работников искусства, отличившихся во время выступлений в наступающих воинских частях, были отмечены почетными грамотами военного командования¹⁴. Среди них были и артисты одного из старейших профессиональных художественных коллективов - Костромского драматического театра им. А.Н. Островского. О том, какое значение имели их выступления среди бойцов Центрального фронта под Курском, армейский политработник сказал: “Если Вас спросят, каково настроение бойцов, вдохновленных Вами, передайте, что после последнего боя мы получили шестьсот заявлений о желании вступить в ряды ВКП(б)”¹⁵.

Так российская интеллигенция формировала на фронте и в тылу духовный арсенал Победы. Он помогал бойцам и командирам с честью пройти сквозь все испытания войны, потому что рядом с ними в окопе и в танковой колонне были известный артист, писатель, художник, ученый. Они доверяли и понимали друг друга, были взаимно востребованы. В годы войны в нашей стране состоялось уникальное явление: вместе с ростом выпуска вооружения более чем в два раза возрос тираж издаваемых книг и журналов. До 50 тысяч экземпляров увеличились выпуски таких флагманов нашей литературы, как журналы “Знамя”, “Новый мир”, “Октябрь”, “Звезда”¹⁶.

Лучшие творческие силы страны были привлечены к работе Всесоюзного радио, Всесоюзного лекционного бюро, выпуску “Окон ТАСС”, деятельность которых вызывала особое неистовство гитлеровской пропаганды. Средства массовой информации фашистской Германии всячески извращали содержание передач, издаваемых плакатов. Враг ясно понял, что ему

противостояло высокохудожественное искусство, поставленное на фундамент государственной политики¹⁷ и имеющее огромное мобилизующее морально-политическое воздействие на воинов и тружеников тыла.

_____________________________________