в декабре 1936 г. зав. Библиотекой Главной (Пулковской) астрономической обсерватории (ГАО) была назначена сотрудник БАН Елена Ивановна Винтергальтер. С трагического лета 1941 г. ее главная забота — спасение книжного фонда вверенной ей Библиотеки. В середине июля было решено эвакуировать Библиотеку ГАО на хранение в БАН, но транспорта не дали, и в начале августа приказали переносить книги в подвалы Обсерватории.

с 9 или 10 августа и до первых чисел сентября книги носили из основного книгохранилища (в галерее центральной наблюдательной башни 15-дюймового рефрактора) в Гл. здании — в кольцевой и часовой подвалы Службы времени под Круглым залом того же здания. Из хранилища в восточном корпусе Обсерватории книги спускали на руках со 2 этажа во двор, грузили на подводы и доставляли к подвалам. Здесь, выстроившись цепочкой, устраивали живой конвейер. 15 человек выездной бригады сотрудников БАН работали с 7 час. утра до 8 вечера (с одним перерывом на 2-часовой обед и отдых). В человеческой цепочке стояли по призыву Винтергальтер и дети пулковских астрономов. Наконец книги были сложены аккуратными штабелями на глубине 5 м в часовом подвале и частично — в кольцевом. Одновременно неделю подряд Винтергальтер каждую ночь спускала пачки книг под гору (к выходу из Обсерватории на шоссе), поджидая отъезжающие ежедневно в город в 5 час. утра машины военных моряков, стоявших в Пулкове. Трижды удалось переправить с ними книги в БАН. Так было спасено около 6 тыс. изданий, описи, инвентарные книги, картотеки и алфавитный каталог.

Сотрудники ГАО переехали в Ленинград 19–20 августа, Елена Ивановна покинула Пулково пешком одной из последних в начале сентября. 14 числа Пулково уже бомбили. Всю следующую ночь по распоряжению И. Ф. Рябинкина (командира батальона присланных в Пулково ополченцев) 20 его бойцов собирали разбросанные повсюду книги. Возможно, утром на 2 машинах их отправили в Ленинград. 18 сентября 1941 г. фашистские войска были остановлены в 1,5 км от Обсерватории. Пулково оказалось на переднем крае обороны Ленинграда. Постоянные обстрелы дальнобойной артиллерии и большой пожар 23 сентября уничтожили башню 15-дюймового рефрактора, верхнее книгохранилище, Круглый зал и деревянные павильоны Гл. здания. в тот день тяжелый артиллерийский снаряд пробил внизу его южную стену (или, по утверждению Винтергальтер, прошил крышу этого здания, пролетел Круглый зал, пробил пол и через единственную отдушину влетел в подвал) и разорвался в подвале, уничтожив значительную часть книг сложенной там научной библиотеки. (По другим сведениям, это произошло в результате прямого попадания тяжелой авиабомбы.) Фугасные и зажигательные бомбы довершали дело. Библиотека погибала.

По распоряжению Ленгорисполкома книги были свалены в громадную кучу посреди большой комнаты (около 60 кв. м) секретариата Эрмитажа. там, в тесноте и без света, Е. И. Винтергальтер в группе из 6 человек (4 от БАН, двое — от Обсерватории) вынимала книги из мешков, очищала от грязи, раскладывала по отделам, сверяла с инвентарными описями. Первый подсчет показал, что за три октябрьские поездки удалось спасти 10 746 книг (к этому надо прибавить около 7 тыс., вывезенных в августе–сентябре). в ноябре 1941 г. группа была распущена, но Винтергальтер до середины января 1942 г. продолжала сверку, уточняя безвозвратные книжные потери. В одном из отчетов по состоянию на 1.01.1942 г. она указывает в скобках: « считаю, что погибло в Пулкове около 75–76 000 [книг]» . Было отобрано около 100 требующих реставрации книг, 965 особо ценных изданий перенесли на хранение в эрмитажные подвалы. Остальные книги (около 20 тыс., как указывает Винтергальтер в своих записках и отчете 1943 г.; в ее более ранних отчетах — 17–19 тыс.) снова завязали в пачки и пытались вручную перевезти на санках в БАН (удалось перевезти лишь около 1/20 части спасенного фонда).

Блокадной зимой 1941/1942 г. Елена Ивановна потеряла мать, сестру, двух теток, племянника (студента Университета), получила похоронку на младшего сына-краснофлотца. Справится с горем помогала работа: приводила в порядок каталог БАН, трудилась в отделе обработки. Карточки разбирала голыми пальцами, от холода они покрывались трещинами и кровоточили. все окна были выбиты, температура в помещении стояла минусовая (8–10°  мороза), света не было. Елена Ивановна регулярно навещала в Эрмитаже “свою” Библиотеку. Только к осени 1942 г. удалось перевезти книги на выделенных машинах в БАН. 19 тыс. находились в Рукописном отделе БАН, 60 % из них уже расставлены на полки. « Докончить эту работу в 1942 [г.] не было возможно из-за низкой температуры в помещении (10–12° ниже 0)» ,— сказано в ее отчете. И снова в скобках: « считаю, что в 1941 году погибло в Пулкове около 75–80 000 б. ед.» . Одновременно с работой по пулковскому фонду Винтергальтер распаковывала и расставляла кубы с каталожными ящиками иностранного каталога БАН. Во вторую блокадную зиму восстановленные окна БАН были снова выбиты, температура в помещении не поднималась выше минус 8–6°  С, пальцы опять мертвели от холода и трескались. Ежечасно приходилось бегать к печкам-времянкам (они стояли только в 2 помещениях), чтобы почти вплотную к топке отогревать живительным теплом закоченевшие руки и ноги...

К концу 1943 г. весь сохранившийся фонд ГАО был разобран, подсчитан и расставлен по шифрам. погибло приблизительно 3/4 книжного богатства Пулковской обсерватории (из 100 тыс. ед. хр.— 74,5 тыс.). Продолжая трудиться в отделе обработки БАН, Елена Ивановна обслуживала и своих читателей: проверка индивидуальных и коллективных абонементов, сбор книг по учреждениям и частным квартирам эвакуированных и умерших сотрудников ГАО (было собрано 1,5 тыс. книг!) « Только бы хватило сил, чтобы к концу войны Библиотека была бы во всеоружии...» ,— мечтала она в далеком 1943-м.

После войны пришлось снова налаживать работу библиотеки. В 1959 г. Елена Ивановна вышла на пенсию после 46 лет работы, из них 23 года (1936–1959) — на посту зав. отделом БАН при ГАО. Ее трудовая деятельность и самоотверженность в годы блокады отмечены медалями “За трудовую доблесть” (в 1944 г. Винтергальтер была единственной среди награжденных в БАН этой медалью), “За оборону Ленинграда”, “За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.”.